Последнее, что сейчас нужно, это насквозь фальшивые лозунги о «единстве» и о том, что, мол, обсуждать и критиковать будем потом. Потом будет поздно. «Победим вместе» — это оксюморон, если побеждать собираются вместе с теми, чья цель — добиться поражения.
Подобного же единства, признания и братства искал Бегин, оказавшись в кресле ПМ после многих лет травли. Но оскорбленные «хозяева страны» не спешили брататься с «бабуинами», «фашистами» и «мракобесами». Сразу же, как только стали известны результаты выборов 77 года, был принят закон о полной автономии университетов. Начались забастовки Гистадрута, призывы переводить средства за границу, — и, как ни странно, без всякой судебной реформы. Тогда же, а не после Шестидневной войны и завоевания «спорных территорий», возникла организация «Шалом ахшав». Бегин вел себя тише воды и ниже травы, взяв на самые ответственные должности двух политических противников — Вейцмана и Моше Даяна и оставив на своих постах всех чиновников прежнего правительства. Не помогло ни это, ни договор с Египтом. Несколькими годами позже, во время Ливанской войны, пресловутое «единство» взорвалось, прогнав его с политической арены.
Так единство ли это? Не сродни ли оно «единству» холопов с господами, и зимми — с правоверными мусульманами?
